Те.Бе. (odalizka) wrote,
Те.Бе.
odalizka

Как я не стала табачным магнатом

Когда деревья были большими, Лева - маленьким, а я - совсем молодой, один приятель предложил мне подработать в только что вышедшей на российский рынок компании Philip Morris. Это была одна из первых иностранных компаний, угнездившихся в нашей стране, и они проводили одно из первых в нашей новой истории маркетинговых исследований. Офис с евроремонтом был где-то в центре, не помню точно, где. Курить там можно было везде - от туалетов до кабинета директора. Курить можно было только сигареты фирмы Philip Morris. Если ты был замечен в курении сигарет других марок, на тебя смотрели косо. Если ты не курил вообще, на тебя тоже смотрели косо. Всем сотрудникам, курящим и некурящим, выдавали на халяву два блока в месяц, на выбор - красное Marlboro или Marlboro Light.

Каждому из нас выделили определенный участок города и выдали карту. От нас требовалось обойти сорок торговых точек в день на заданном участке, не минуя ни одного двора и переулка (включая все продуктовые магазины, все кафе и рестораны, все коммерческие ларьки), и задать в каждой точке несколько вопросов: где хозяева берут оптом сигареты, по какой цене продаются сигареты марок, принадлежащих Philip Morris, как они уходят, как уходит товар конкурентов и т.п. Нам всем были выданы следующие предметы: планшет с логотипом Marlboro и куча бланков опроса; ручки с логотипом Marlboro; красные куртка, сумка и кепка с логотипом Marlboro; две пачки сигарет в день, чтобы курить самим и предлагать собеседникам. В конце дня нужно было приехать в офис, сдать сорок заполненных бланков и получить деньги. Платили за это два доллара в час, то есть за день набегало 16 долларов, что для начала девяностых было очень даже неплохо.

Коммерческих ларьков тогда было очень много, поэтому за день мне обычно удавалось обойти восемьдесят точек. Таким образом, я высвобождала себе (и маме, которая в мое отсутствие сидела с годовалым Левой) каждый второй день. Самой большой проблемой были туалеты - Макдональдсов на каждом углу тогда еще не было, вонючих голубеньких кабинок у метро - тоже, поэтому, не скрою, несколько раз я не выдерживала и таки оскверняла дворы и подъезды нашей столицы. Начало девяностых, как известно, было временем дикого капитализма, люди всего боялись, и на вопросы девушки в красной фирменной куртке продавцы ларьков и магазинов отвечали неохотно. "На Киииевском сигареты берем", - цедила тетка с печатью высшего гуманитарного образования на лбу, прежде чем захлопнуть окошечко ларька. "Ну, два блока в день точно уходит, ой, слушай, шла бы ты отсюда, пока хозяин не пришел", - воровато озираясь, советовал паренек из соседней палатки.


Как-то раз я зашла в грузинский ресторан на Арбате - помните, там, где продавали воды Лагидзе. Подошла к двум скучающим за столиком грузинам, достала свой планшет, представилась и задала первый вопрос. Грузины некоторое время смотрели на меня в недоумении, потом один из них вышел из ступора и закричал куда-то в сторону: "Гоги! Иди сюда!" На дворе было начало девяностых, напоминаю. Время отстрела загнанных лошадей. Появился Гоги, ему сказали: вот, пришла тут какая-то, вопросы задает. "Кто тебя прислал?! - завопил Гоги, сверкая на меня глазами. - Ты от Автандила? Что тебе надо?!" Я принялась по новой объяснять про "Филип Моррис" и маркетинговое исследование, но тут горячие грузинские парни подхватили меня под белы ручки и с воплями "пойдем к главному" потащили куда-то вниз, в подвал. В подвале обнаружилась богато обставленная комната, все стены которой были завешены дорогими коврами. На коврах висели скрещенные сабли. При взгляде на них мне окончательно поплохело, и я залопотала, что они могут позвонить в мою контору и убедиться в том, что я не вру про исследование рынка, и что я, такая-то - одна из привлеченных для этого людей, и что вот я могу их сигаретами угостить, курите, ребята, хотите - всю пачку отдам...

Наверное, у меня был очень жалкий вид, потому что в итоге меня отпустили со словами "чтобы больше духу твоего тут не было". Я думаю, что будь на моем месте парень, они бы его точно побили, а на женщину у порядочного грузина рука все же не поднимется... И вообще по ним видно было, что они люди с понятиями, поэтому, скажем, мысль о том, что меня могут изнасиловать, ни разу не пришла мне в голову. Вот зарезать этими саблями могли, да.


Мне предлагали пойти в Philip Morris на постоянную работу каким-то манагером. Помешало отсутствие водительских прав; плюс, я в любом случае не хотела работать full time с маленьким ребенком, тем более, что мама моя как раз по окончании моей временной работы почувствовала первые признаки рокового для нее недомогания. Да и тошно было в этой конторе с зеркальными потолками, где все улыбались друг другу в глаза, а за спиной говорили гадости, и изводили кучу времени, бумаги и красноречия на многостраничные докладные и бизнес-планы. Кто знает, как сложилась бы моя жизнь, если бы я туда устроилась. Сделала бы сногсшибательную карьеру, стала бы объектом интереса хедхантеров... Я даже уверена, что у меня сейчас была бы совсем другая френдлента. Но за одну вещь я очень благодарна этому опыту: в юности я очень смущалась и стеснялась, когда нужно было заговорить с незнакомым человеком. Полтора месяца работы на Philp Morris на улицах весенней Москвы решили эту проблему раз и навсегда.
Tags: воспоминания, я
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments